Внутренний диалог как проявление смыслового переживания матери
Страница 2

Материалы по психологии » Психологические особенности отношения к материнству » Внутренний диалог как проявление смыслового переживания матери

1. Сопереживание реальному ребенку на основе собственного детского опыта — жесткая родительская позиция. Столкновение при этом смысловых позиций во внутреннем диалоге матери, может быть реконструировано следующим образом: «В детстве я была несчастным и страдающим ребенком. Ты похож на меня прежнюю, но сейчас я другая и не хочу замечать этого сходства. Я тревожусь за тебя и контролирую твои действия, потому что точно знаю, каким ты должен быть. Я не хочу видеть тебя другим».

В первом факторе отражение матерью ее отношений с ребенком в реальной жизненной среде представлено через критерии «контроль» и «тревожность за ребенка» (интерпсихический уровень внутреннего диалога). На интрапсихическом уровне внутреннего диалога при этом воссоздаются следующие образы (когнитивная составляющая): «Я как мать» — безобразная, твердая, жестокая, единая; «Мой внутренний ребенок» — безобразный, несчастный, болезненный, неприятный, темный, страдающий, тяжелый, пессимистичный, возбужденный, хаотичный; «Мой реальный ребенок» — пессимистичный, безжизненный, страдающий, наказуемый, равнодушный, болезненный, несчастный, жестокий, пассивный, ограниченный, медленный, единый, возбужденный, неподвижный.

Символическое отношение к своему родительскому пути описывается на языке атрибутов объектов другого рода и собственных атрибутов, отражает ситуацию отношений с ребенком через сюжет и внутренние ощущения в их субъективной интенсивности. Это сопровождается эмоциями страха (тревоги) по отношению к «внутреннему ребенку», отсутствием смущения и вины по отношению к взрослому Я матери со стороны «внутреннего ребенка», презрением и отсутствием интереса по отношению к Я матери со стороны «реального ребенка» (аффективная составляющая).

Внутренний диалог разворачивается вокруг образа «реального ребенка», который воспринимается в целом как наказуемый. Причем в диалог с этим образом вступает, прежде всего, образ «внутреннего ребенка», который описывается как страдающий. Собственный образ матери при этом занимает значительно меньшее пространство во внутреннем диалоге, но выступает как монолитная жесткая фигура.

Подобное соотношение внешней реальности и конфигурации пространства внутреннего диалога вскрывает, на наш взгляд, борьбу противоречивых переживаний матери вокруг проблемы автономии ребенка. Если ее внешнее взаимодействие с ребенком характеризуется выраженным доминантным, контролирующим поведением, высокой тревогой за ребенка, то внутреннее отражение женщиной этой ситуации показывает, что ее «внутренний ребенок» сострадает «реальному ребенку», который терпит родительское наказание. Однако мать отторгает «внутреннего ребенка» как опасного, способного нанести ущерб ее взрослому благополучию, и, избегая соприкосновения с собственной детскостью, устанавливает четкие границы дозволенной активности «реального ребенка». Для эмоционального состояния матери при этом характерно презрение к собственному родительскому образу, который рассматривается как не соответствующий образу «хорошей мамы».

2. Поиск путей сближения с ребенком — отсутствие опыта решения подобных ситуаций в детстве. Во внутреннем диалоге матери при этом разворачиваются следующие смысловые позиции: «Я хочу быть близка с тобой, но в моем детском опыте нет места эмоциональности. Ты — другой. Ты — страстный и нежный. Этим ты не похож на меня. Мне лучше отдалиться».

Во втором факторе интерпсихический уровень внутреннего диалога матери представлен через критерии «отвержение», «эмоциональная дистанция» и «отсутствие тревоги за ребенка». На интрапсихическом уровне при этом воссоздаются образы (когнитивная составляющая): «Я как мать» — простая, неосознанная, кратковременная, неприятная, пластичная, безопасная, неподвижная; «Мой внутренний ребенок» — бесполезный, обычный, ограниченный, равнодушный, темный; «Мой реальный ребенок» — простой, хаотичный, бесполезный, мягкий, неосознанный, маленький, страстный.

Страницы: 1 2 3 4 5


Сравнительная характеристика уровня депрессии и уровня невротизации подростков с диагнозом сколиоз и компрессионный перелом
С помощью t – критерия Стьюдента различий по уровню депрессии и уровню невротизации у подростков с диагнозом сколиоз и компрессионный перелом не выявлено. Таблица № 3 подростки с диагнозом сколиоз подростки с диагнозом к.п. t – критерий Стьюдента уровень значимости М ± m М ± m t p Уровень депре ...

Теоретический анализ понятий. Анализ понятия «темперамент»
Как часто, общаясь с людьми, нам приходится поражаться разнице между нами. Восприятие, скорость принятия решения или даже просто быстрота движений бывают абсолютно разными. Иногда такая разница умиляет, иногда раздражает, и вот уже мы в сердцах говорим, что мы абсолютно разные по темпераменту. Но что это все-таки значит и можно ли измен ...

Качественный анализ сказок.
Проблема смысла жизни, как присущая российской ментальности практически не встречается в сказках современной молодежи. По крайней мере, она не представлена в форме «перепутья дорог» в метафорическом смысле. Проблема смысла жизни находит свое отражение в сказке «об Этлании», как цель существования: «В этой жизни у нее есть определенная ц ...